Покоритель и устроитель Туркестанского края, генерал-адъютант К. П. Фон-Кауфман I-й.(часть 2)

(МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ БИОГРАФИЧЕСКОГО ОЧЕРКА).

Кауфман получил об этом известие 2 июля 1871 года и на следующий день отправил по поводу сего письменные сообщения: начальнику Зарафшанского округа, генералу Абрамову, эмиру бухарскому и хану кокандскому. Последния письма были одного и того же содержания, в них, между прочим, говорилось:

”... До тех пор, пока таранчи, ближайшие наши соседи по Семиреченской области, жили мирно и не безпокоили нашей границы, я терпел их существование, не желая затевать войны. Но когда в настоящее время султан кульджинский стал явно действовать недружелюбно к нам, принимая у себя бежавших от нас воров и изменников и покровительствуя безпорядкам между пограничными киргизами, то я был вынужден послать против него войска для усмирения и наказания безпокойного соседа” .

Характерный и знаменательный стиль для почти всемогущего ярым-падшаха (полуцаря) Средней Азии, каковым считался Кауфман!

Вся кульджинская экспедиция обошлась в 65 тыс. рублей, и Кауфман для пополнения этого расхода, впредь до утверждения государя, наложил на мятежных таранчей и киргиз контрибуцию по 3 рубля со двора оседлых и с кибитки кочевых ⁴⁸. [XLIII]

Ближайшее знакомство с занятою нами провинцией показало Кауфману, посетившему Кульджу вскоре по ее покорении в целях ознакомления с нею и с обстоятельствами кампании, что для сохранения в ней спокойствия тамошняя власть должна обладать внушительной силой. Между тем у китайского правительства, которому предполагалось передать сейчас же Кульджу, этой силы и не было. И илийский цзянь-цзюнь-жунь, ведший по уполномочия своего правительства переговоры с генералом Колпаковским (представителем со стороны туркестанского генерал-губернатора) и полковником Богуславским (представителем министерства иностранных дел) не мог дать никаких гарантий за сохранение спокойствия населения, так как у китайцев совершенно не было войск, чтобы держать край в повиновении и переговоры пришлось прекратить.

Вынесенные в свое время Кауфманом личные впечатления из обозрения Кульджи, что возвращение этого края китайцам может повлечь за собою новую, быть может более страшную резню, нашли себе подтверждение и в впечатлениях генерал-майора Богуславского, проехавшего всю Илийскую долину. В своих донесениях князю-канцлеру, военному министру и туркестанскому генерал-губернатору ⁴⁹ он подчеркивал ту страшную ненависть дунган и таранчей к манчжурскому правительству, при которой не может быть и речи о возвращении Кульджи Китаю.